Доброго времени) Вы попали на текстовую ролевую по мотивам книг Дж.К. Роулинг. 1976 год, канон, рейтинг R (можно все, но без детального графического описания).
Система игры: локационная. Эпизоды по желанию игрока.
FAQ   Правила   Персонажи   Акции   Навигация
Игрок месяца
Баннеры партнеров
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

0026

0000

0000

0000

the Green Door: Hogwarts 1976

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » the Green Door: Hogwarts 1976 » Хогвартс » Кабинет профессора Лафайет


Кабинет профессора Лафайет

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Кабинет и личные апартаменты профессора Лафайета находятся на третьем этаже замка, недалеко от класса защиты от тёмных искусств. Помещение состоит из двух комнат, одна из них отведена под спальню преподавателя, а вторую можно было бы (с некоторой натяжкой) назвать гостиной или кабинетом Натаниэля.

Стоит только открыть дверь и первым делом чувствуешь сборную из запахов алкоголя, табака, чернил, кота и… нотки мандрагоры? Окна напротив двери достаточно большие и смотрят на восток. Внутри довольно светло, просторно и на удивление чисто. Один рабочий стол находится под окном, на нём только чернильница, стопка бумаги и подставка для трубок. Стул пристроен спинкой к окну, чтобы сидящему был виден вход в помещение. Рядом стоит тумбочка с магловским граммофоном и ящиком для пластинок, можно заметить такие названия как: «Led Zeppelin», «The Doors», «The Jimi Hendrix Experience», «Joe Cocker» и многие другие. В северной части находится камин, а на диванчике напротив огня взял привычку спать серый кот хозяина жилища. Книжные полки и стеллажи расположены по обеим сторонам камина и между окнами, на них уютно расположилась классическая литература маглов. Книг по магии или чародейству тут почти нет. Стены комнаты заняли магловские картины в жанре пейзаж, преимущественно с изображениями гор, моря или озёр. В южной части комнаты, рядом с переходом в спальню стоит укрытый до пола белой скатертью третий стол. На нём находится чайный сервиз, а также несколько пробирок и колб с подозрительно прозрачной жидкостью.

+2

2

>>>--- Начало игры

Стук трости о камень разошёлся вдоль коридоров замка Хогвартс. Профессор Натаниэль Лафайет возвращался в свои личные покои после прогулки. Уставший от созерцания физиономий своих коллег, фальши в речах директора и тупой наивности учеников, он готов был на каждом встречном испытать по непростительному заклятью. Однако, каждый раз как рука сама тянулась к палочке, спрятанной в трости, здравый смысл брал верх в самый последний момент. К досаде и удаче профессора.

«Нет-нет» - думал он, преодолевая последние ступеньки лестницы, - «Никакое проклятие не одолеет меня! Только не теперь, только не сейчас!»

Перед входом в свою комнату он пару раз огляделся вокруг, на всякий случай. Поблизости не было живых или мёртвых, как могло показаться. Только три весёлых грации смотрели на профессора с одной из картин в коридоре. Последовала недолгая пауза, когда Натаниэль уже несколько раз постучал в дверь своим «особым стуком», только после чего до ушей волшебника дошёл мяукающий голос Максимилиана и дверь отворилась. Подобно змее в прыжке, Лафайет скользнул в комнату и захлопнул дверь изнутри заклинанием. Кот сразу набросился метить хозяина за ноги.

- Треклятый кот… - Буркнул профессор, дёргая правой ногой, только бы убрать это усато-полосатое чудовище подальше от брюк. – Иди уже съешь что-нибудь.

Однако, Максимилиан не спешил оставлять хозяина хоть на мгновение. Последовал тяжёлый вздох безысходности последнего, звук заклинания левитации и новый вопль кота, что профессор заглушил заклинанием тишины. Долетев до потолка и погуляв там немного, кот был опущен вниз, после чего поспешил скрыться из виду.

Лафайет устроился за свой письменный стол, но его не порадовала картина. Стопка учебников по его предмету стояла ровной стопочкой перед самым носом преподавателя.

- «Тёмные силы: пособие по самозащите» - Вслух прочитал название учебника Лафайет, изогнув в удивлении бровь, в ожидании получить ответ. - Квентин Тримбл... Что это за посредственность?

Снова последовало заклинание левитации. Профессор Лафайет даже не поленился открыть окно, чтобы учебники могли свободно пройти «подышать свежим воздухом». Учебник Тримбла он оставил, почитать потом. Когда милая глазу стопка учебников оказалась на приличном расстоянии от оконной рамы волшебника, последний достал из трости волшебную палочку. Прищурив один глаз и высунув кончик языка, он хорошенько прицелился.

- Expulso. – Шепнул он, взрывая кучку бесполезных книг, после чего прикрыл окошко и снова уселся за письменный стол.

«Пятнадцать лет работы в одной из сильнейших школ магии, а меня самого хотят учить, как детей учить» - с досадой подумал волшебник, открывая первый ящик стола. В следующий момент рядом с чернильницей на столе появилась коньячная рюмка, затем рядом появилась и долгожданная пузатая бутылка благородного напитка.

- Уроды… - Продолжал он уже вслух, наливая коньяк. – Любопытно, а как сдача экзамена влияет на защиту, скажем, от призрака или тролля? - Риторический вопрос остался без ответа, после чего преподаватель продолжил монолог. - Ведь они точно не станут утруждать себя проверкой результата теста СОВ. А тролли так и читать не умеют, да в министерстве этой справки троллю никто и не даст. Чёрт с ними, обучу Флиппендо и уже будут рады.

По мановению трости в следующую секунду заиграл граммофон, наполняя комнату меланхоличной песней саксофона и Джо Кокера. Натаниэль опрокинул один стакан, потом второй, после чего откинулся на спинку стула и принялся сладко подпевать песне «Oh Mama». Снова появился Максимилиан. Серый кот запрыгнул на колени хозяина, широко зевнул и прикрыл глаза в приступе сладкой дремоты.

Отредактировано Nathaniel Lafayette (27-08-2015 22:58:34)

+4

3

Натаниэль и сам не заметил как заснул. Даже пятнадцать лет спустя после отставки старая привычка оперативника министерства напоминала о себе. Он спал, ел и пил алкоголь при первой же удобной для того возможности. Ведь он никогда не знал наперёд, будет ли у ещё шанс всем этим насладиться. Подобное потребительское отношение может сформироваться у любого человека, если жизнь того долгое время проходит на грани между жизнью и смертью. И Натаниэль тут не был исключением.

Тишину в его кабинете нарушало только урчание кота на коленях и тихий шум граммофона, когда пластинка уже отыграла своё. На столе красовался уже пустой коньячный бокал, а в руке волшебника, свесившись через подлокотник, удобно устроилась не менее пустая бутылка. В другой же руке Натаниэля покоилась его верная трость. Даже в хмельном сне маг не рисковал оставаться без защиты.

Однако, сон быстро развеялся, когда в окно профессора ударил бладжер, создав известную долю шума, после чего вылетел через дыру в стекле назад. Первым на дыбы вскочил кот, со страху (или из мести?) запустив свои когти и зубы в руку профессора. Сначала был звук удара стеклянной бутылки о пол, потом понеслись уничтожающие ругательства профессора пополам с проклятиями. Он проклинал тех смертников, что запустили мяч в его окно, само стекло, что так громко бьется, кота и даже самого себя… Натаниэль уже было собрался выйти из комнаты и разобраться с нарушителями спокойствия. Но, стоило только двери в кабинет профессора отвориться, как кот, движимый не вполне понятными инстинктами, решился с громким “МЯУ” выбежать за пределы кабинета.

- От ведь! - С досадой и достаточно громко воскликнул профессор, прислонившись боком к дверному косяку и прикрыв глаза на половину. - Ещё и этот хвостатый ловелас дал дёру...

Но, серый кот сел на расстоянии десяти шагов и снова громко замяукал. Натаниэль приоткрыл один глаз и уставился на серое ушастое пятно. Правая бровь профессора поползла на лоб.

- Что? - Спросил профессор кота, попутно раскуривая трубку. - Что-то учуял? Кошку?

Кот отрицательно помотал головой и снова замяукал. Когда Натаниэль приблизился - кот стал отбегать, явно намереваясь показать хозяину что-то интересное. Максимилиан постоянно оборачивался назад и мяукал, если хозяин отставал. “Только бы это снова не оказалась кошка...” - мысленно повторял Натаниэль, следуя за котом по коридорам, а потом лестницам и снова по новым коридорам.

>>> Теплицы

Отредактировано Nathaniel Lafayette (05-09-2015 18:39:26)

+2

4

>> Вестибюль

Регулус Блэк поднялся на третий этаж в сопровождении нового преподавателя по защите от Темных искусств совсем не в тех радужных настроениях, как можно было подумать. Конечно, еще полчаса назад он полагал, что активно заняться планами на будущее больше, чем он уже это сделал, не получится. Отправка письма по итогам вечера могла выглядеть скорее подстраховкой, а адресат - планом Б. Но начать радоваться сейчас означало проявить себя в высшей степени неразумным болваном. Само собой, Блэк никем подобным себя проявлять не собирался.

Что же терзало слизеринца, который совершил невозможное для подавляющего большинства учеников Хогвартса? Какая-то часть Регулуса знала, что от сожаления о содеянном его отделяет лишь шаг. О, нет, он не купился на фокусы с откровенными вопросами и лояльностью к вещам, в Хогвартсе не приветствуемым. Блэк был уверен, что необычное профессорское поведение в прошлом знатно обмануло надежды не одного ротозея и любителя нарушить школьные правила. Держали ли его на крючке? Как знать. Профессор Лафайет вполне мог желать заявить о себе на новом месте с помпой, бросив на директорский ковер юного любителя темной магии. Неизвестно, по какой причине он перешел из Дурмстранга в Хогвартс. Такая масштабная смена декораций не может не иметь под собой веских оснований. К тому же, директор терпеть не может темных магов, тут тоже большой вопрос, на каких условиях Лафайет заступил на должность. Придется ли ему обелять имя? Блэк обязательно в таком случае держал бы под рукой вариант "сдавать интересующихся темной магией учеников".

Многие мысли в голове Блэка, прокручиваемые по дороге в кабинет, упирались в пустоту на вершине своей "гениальности". Теория о том, что Лафайет - так называемый двойной агент, и сейчас будет беспощадно предавать доверие ученика, была слабовата. Таких как он, Регулус, в школе еще хватает. Если его первым бросят на ковер к директору, остальные будут Осторожны с большой буквы, и учителю ЗОТИ придется попотеть, чтобы поймать хоть кого-то. Нет, вряд ли разборки начнутся в начале учебного года. Скорее всего, если его предположения в этой области верны, преподаватель будет шпионить втихую и постарается получить от Блэка как можно больше информации об учениках, которые интересуются Темным Лордом и запрещенной магией, а также имеют выход на Пожирателей Смерти.

Да ведь это облава! Неужели зловещий папаша Барти Крауча наконец перестал натравливать мракоборцев на каждого, кто хоть чем-то ему не понравился, и включил голову? Шокированный таким озарением Блэк отключился от реальности и здорово задел плечом бюст мирно посапывающего колдуна, в позапрошлом столетии радовавшего магический мир открытиями в области защитных заклинаний. Проявив поразительную глухоту к проклятью от разбуженного бюста, слизеринец смущенно поравнялся с преподавателем, предварительно отцепив рукав мантии от постамента. Это маленькое происшествие помогло прийти ему в себя, пусть и ценой ужасно ноющего плеча и явления себя учителю с глупой стороны.

Преподаватель и ученик оказались в кабинете. Здесь было жарко, или это Регулуса душила его паранойя? Блэк остановился недалеко от двери, наблюдая за профессором, как ему самому казалось, спокойно и выжидательно. Кабинет пока мало говорил о своем владельце. Только зайдя, слизеринец бросил цепкий взгляд на книжные полки, но, возможно, издалека это было бесполезно: ни одного знакомого корешка он не нашел. С другой стороны, у бывшего преподавателя Темных искусств могли быть веские причины на то, чтобы не держать на виду «Волхование всех презлейшее».

Это опять возвращало Регулуса к его паническим предположениям. Он одернул себя. Пора собраться, это становится смешно. Нужно довести дело до конца так, как есть, не меняя планы. Блэк поговорит с профессором, как собирался, а всевозможные догадки осмыслит потом. Все, что он делает сейчас - это накручивает, паникуя.

Регулус не торопился раскрывать рот. Он находился на чужой территории, пусть и по приглашению, здесь нужна была инициатива хозяина владений. Также было интересно взглянуть на то, как привечает гостей профессор. Блэк стоял очень прямо, выдавая свое напряжение, но выражение его лица беспрекословно подчинялось приказам головного мозга, оставаясь нейтрально-вежливым. В одном был уверен Регулус, глядя на моложавого профессора, даже слишком хорошо выглядящего для опытного преподавателя: паранойя это или нет, но Натаниэля Лафайет ни в коем случае нельзя было принимать за своего.

Отредактировано Regulus Black (04-12-2015 21:04:12)

+5

5

>>>Вестибюль

Кот всё никак не мог уняться, это уже начинало злить преподавателя ЗОТИ. Натаниэль оставался уверен, что где-то рядом есть подвох. Более того, профессор Лафайет уже разглядел это бесформенное пятно позади, что следовало чётко за ним с Блэком. Конечно же, Максимилиан тоже его заметил, потому всё никак и не мог успокоиться, прикинуться обычным ленивым мышеловом!

- Да вижу я, вижу… - В пол голоса сквозь зубы повторял мужчина, стараясь успокоить кота, чтобы не привлекать внимания Регулуса. Ещё чего не хватало, так это произвести впечатление очередного сумасшедшего, что разговаривает с собственным котом.

А это назойливое пятно меж тем всё продолжало следовать по пятам. «Это ученик, точно ученик...» - сделал вывод преподаватель ЗОТИ, удивлённый тем, что даже кот заметил преследователя, а Регулус и ухом не повёл. Сообщники? Нет, одно только предположение, что профессор не заметит столь простенькие чары, становилось очевидным абсурдом. А Регулус был достаточно осторожен, чтобы предпринять столь необдуманное действо. Значит, следил кто-то третий, излишне любопытный субъект, что, будучи даже не знаком с преподавателем, пошёл на риск быть рассекреченным и принять на себя последствия своего опрометчивого поступка.

Профессор уже думал разоблачить маленького шпика, однако, быстро отбросил подобный план. Веселиться, так по полной! Не выдавая себя, Лафайет решился помочь неудачливому преследователю, а заодно и научить паре приёмов. Дождавшись благоприятного момента, чтобы обернуться, когда Регулус заденет плечом бюст, преподаватель ЗОТИ применил одно из своих маскирующих заклинаний, сделав бесформенное пятнышко позади полностью невидимым для чьих-либо глаз, кроме собственных. Кот заметно успокоился, более не обращая внимания на "третьего лишнего".

Впереди уже виднелся проход в покои нового учителя защиты от тёмных искусств. Как бы для большей театральности, Лафайет широко распахнул входную дверь и пропустил юного Блэка вперёд. Убедившись, что замаскированный ученик всё ещё следит за ними, мужчина прошёл в помещение, оставив дверь закрываться под действием собственной тяжести, чем оставил призраку хорошую возможность проникнуть внутрь следом.

В помещении оказалось весьма прохладно, в окне всё так же зияла солидная дыра, что Натаниэль поспешил закрыть невербальным Reparo. Пришлось раскочегарить камин, чтобы вернуть в комнату утерянное тепло. Максимилиан уже успел спрыгнуть с плеча профессора и теперь расположился на тёплой печке, грозно наблюдая за помещением с козырного места. Всё-таки это была территория кота, потому усатый монстр вёл себя заметно смелей обычного.

Повесив цилиндр на вешалку, Лафайет кинулся к столу в южной части комнаты, где держал чайный сервиз и несколько колб с дистиллятом из мандрагоры третьей или пятой перегонки. Профессор уже и сам не помнил, когда последний раз гнал самогон, порядки школы Хогвартс просто принудили его к этим "занятиям алхимией"! Вспомнив о столь важном деле, маг вытащил из кармана пиджака мандрагоры, что стащил из теплиц под видом металлических шариков, кинул их в одну из пустых колб на столе, надёжно закупорил и поставил греться чайник.

- Будете чай, Регулус? – Поинтересовался преподаватель ЗОТИ, возвращаясь к своему гостю, что продолжал молчать, вытянувшись по струнке при входе. Натаниэль сосредоточился и достаточно строго посмотрел на ученика, быстро переменив чёрствое выражение лица на добродушную улыбку, и, издевательски хохотнув, потрепал ладонью плечо студента, подталкивая пройти внутрь. – Да расслабьтесь уже, у меня тут весьма либерально. Устраивайтесь на диван, можете ноги на пуфик закинуть, печенье взять. Что Вам интересно? Говорите свободно, я внимательно слушаю.

Отредактировано Nathaniel Lafayette (13-12-2015 20:38:54)

+7

6

>>> Вестибюль

   Опрометчивость. Слово, которым в точности можно было описать все сегодняшние деяния младшего Крауча. Не добавляя ярких эпитетов, сравнений и красочных пояснений. Только опрометчивостью можно было назвать стремление незаметно проследить за новым преподавателем, совершенно не зная о нем каких-либо сведений, способных помочь процессу, и единственным близким другом. Недоверие? Любопытство? Что на самом деле спровоцировало Бартемиуса на столь серьезный шаг?

   Ответ неожиданно находится в недрах сознания, он куда проще, чем кажется - скука. Месяцы каникул растянулись в некую бесконечность, монотонность которой убивала мальчика с каждым новым бессмысленным днем. Будь он проще, давно уже зачеркивал бы квадратики в календаре, отсчитывая оставшиеся до начала учебы время. Но вот беда, Хогвартс тоже не являлся парком развлечений, и предыдущие четыре года состояли приблизительно на девяносто пять процентов из обычной зубрежки. Все, чтобы стать лучше, в глазах родителей, однокурсников, в собственных.

   Надоело. Надоело быть обыкновенной картонной куклой, всегда держать прямую осанку, улыбаться по расписанию и бросаться заученными фразами из серьезных книг. Конечно, если бы Барти попытался высказать нечто подобное вслух, окружающие приняли бы его за гриффиндорца, что само по себе ужасно, поэтому мальчик помалкивал, прикусив язык. Помалкивал и играл в преследователя, осторожно ступая, чтобы не позволить очередной половице скрипнуть или не подскользнуться на заботливо подброшенной полтергейстом банановой кожуре.

   Его все равно заметили. Конечно, глупо было бы полагать, что Бартемиус, даже будучи самой осторожностью, сможет провернуть в одиночку настолько рисковое дело. Кошка почуяла его запах и беспокойно старалась доложить об этом своему хозяину, но хозяин, кажется, сам уже все понял. Крауч почувствовал его взгляд, проникающий, казалось, прямо под делюминирующее заклятие, прощупывающий кожу, перебирающий внутренности. По затылку стайками пробегаются мурашки, они же покрывают руки, но отступать уже слишком поздно.

   Бартемиус входит в преподавательский кабинет и останавливается в углу, замирает, стараясь лишний раз не дышать. Пытаясь понять, почему никто его не остановил, почему преподаватель не раскрыл его замысел. Осторожно осматриваясь, привычно изучая мельчайшие детали в обстановке интерьера. И, в то же время, навостряя уши, прислушиваясь к словам Регулуса, чтобы узнать то, за чем, собственно, сюда и явился. Нельзя же было предположить, что мальчик рисковал зря?

+4

7

И без того душную комнату медленно начал наполнять жар камина. Слизеринец не сразу обратил внимание, но теперь отчетливо увидел: в темном окне зияла еще более темная клыкастая дыра, ловящая краями битого стекла отблески огня. Молодой Блэк пару мгновений напряженно разглядывал это необычное явление в такой спокойной обстановке профессорского кабинета. Через дыру в помещение проникал ночной, уже по-сентябрьски холодный воздух, но он будто не касался Регулуса. Ему душно здесь, а виной всему было проклятое волнение.

- Будете чай, Регулус?

Ученик повернулся к профессору Лафайет и наткнулся на неожиданно строгий взгляд. Через долю секунды он не без досады понял, что то был профессорский заскок, - снова - но мужчина уже осклабился. Чем дольше Регулус оставался в его компании, тем сильнее укреплялось подозрение в том, что новый преподаватель ЗОТИ действительно имеет... некоторые отклонения. И это, с какой-то стороны, был хороший знак.

Разумеется, Блэк не был готов простить профессору привычку намерено дурить собеседника нелогичной реакцией на реплики и, в особенности, эту совершенно кошмарную манеру нарушать личное пространство. Но Лафайет уже продемонстрировал себя весьма разумным человеком, а его прошлое, по крайней мере то, что о нем знал Регулус, все также заявляли о яркой индивидуальности нового преподавателя. В совокупности те немногие детали, уже успевшие составить схематичный портрет субъекта, говорили в пользу одной не слишком красивой, но печально правдоподобной теории. Суть проста: у одаренных волшебников слишком часто едет крыша. Теория эта была опасно скользкой для Регулуса по ряду причин, но он просто не мог ее игнорировать, изучая биографии многочисленных исторических фигур, запомнившихся миру волшебников не только своими выдающимися талантами и открытиями, но и весьма незаурядной личностью.

Не то чтобы Лафайет производил впечатление чокнутого гения. Однако, едва не закатив глаза внутрь черепа, когда рука преподавателя коснулась его плеча, Регулус сейчас мог утешить себя лишь мыслью о том, что, вполне возможно, ему посчастливилось оказаться в одном месте и в одно время с талантливой личностью, способной действительно Научить.

Кстати, об этом. Раз уж преподаватель совершенно ясно дал понять, что Блэк может насладиться его гостеприимством, можно было начать подходить к самому главному.

Слизеринец поблагодарил профессора Лафайет и расположился на предложенном месте, правда, ноги на пуфик не закинул. Он подождал, когда преподаватель сам выразит свою готовность к беседе, и скромно улыбнулся. Кот на печке, словно в ответ, дернул хвостом, и Блэк невольно подумал, что эта мохнатая тварюга уже знает, о чем пойдет речь.

- Еще раз спасибо за ваше гостеприимство, сэр. Не буду затягивать и сразу скажу: вы совершенно верно угадали мой интерес.

Профессор уселся напротив, чему Регулус порадовался. Не разместился за столом, не встал, сложив руки на груди, а значит, демонстрирует серьезность по отношению к этой маленькой посиделке.

- Дело в том, что я имею более широкие взгляды на изучение Защиты от Темных искусств, которые, по мнению предыдущих преподавателей, выходили за рамки нормального интереса для среднестатистического ученика. Я хочу знать, от чего я защищаюсь, - Блэк сделал маленькую паузу, будто подбирая нужное слово, - знать, в чем причина, по которой весь мир сходит с ума при упоминании о Темных искусствах. Это особенно сильно проявляется в свете нынешней обстановки в волшебном мире.

Блэк уже понял, что профессор далек от идеологии, которую сам ученик, прямо скажем, находил безупречной. Но речь теперь шла просто о том, как много знает Лафайет о нынешнем положении дел в Великобритании и что думает на этот счет. Прямо об этом не заговоришь. А тема, тем не менее, может оказать сильное влияние на отношение нового учителя к младшему Блэку. Но прощупывать эту почву уже поздно: слизеринец потерял момент, и сейчас лучше сильно данной области не касаться.

- Эти однобокие взгляды на мир, диктуемые нам школьной программой, воспитывают целые поколения волшебников, чей разум закрыт от нового и чужого, представленного враждебным. Я бы хотел раздвинуть рамки, в которых оказались сегодня заточены все ученики Хогвартса, хотел бы заглянуть туда, куда ходить нам строго воспрещается без объяснения причин.

Регулус немного помолчал, ожидая реакции профессора. Возможно, он начал с места в карьер. Однако медлить и дальше извращаться с мудреными речами ему уже было не по силам. К тому же, если продолжить топтаться, внимание Лафайет можно упустить, и он точно скажет не то, что хотел бы услышать Блэк.

- Вы, как преподаватель Темных искусств со стажем, вызвали во мне большой интерес по простой причине: ваш взгляд на описанную мной проблему определенно отличается от взглядов здешних преподавателей. Вероятно, вы не будете корить меня за то, что я задаю слишком глубокие вопросы.

Блэк склонил голову набок и проницательно посмотрел на преподавателя.

- Скажите, можно ли к вам обращаться за помощью в изучении Темной магии более подробном, чем это представляется возможным на уроке?

Отредактировано Regulus Black (10-12-2015 03:48:20)

+6

8

Профессор ЗОТИ внимательно выслушал Регулуса, ни разу не перебив студента каким-нибудь колким замечанием или шуткой выше колена, что уже было не так просто для заметно утомившегося всей этой болтовнёй мужчины. Но, как ни странно, Натаниэль отлично понимал чувства юноши. Ученику школы Хогвартс не каждый день приходится испрашивать разрешения на изучение тёмных искусств у совсем незнакомого преподавателя. Вот, он думает, а выдаст ли преподаватель эти скромные амбиции директору или всё-таки решится сыграть и оставить Дамблдора в неведении? Лафайет хорошо знал, что на данный момент о доверии говорить ещё рано, однако, профессор уже прикидывал возможные пути выхода из сложившегося тупика.

Тёмные искусства! Лёгкая полуулыбка на лице преподавателя ЗОТИ едва заметно расширилась. Конечно же, он хочет овладеть секретами самых тёмных и не менее мощных проклятий, быть может даже запрещённых, чёрт его знает. Адское пламя, Чёрный Эвард, убивающие и подчиняющие проклятья, секреты некромантии и многое другое. Запретное знание всегда желанно, вызывает множество нелицеприятных предрассудков о себе, чем и привлекает внимание далеко не лучших из людей. Натаниэль не сомневался, что Регулус не был исключением и желал этого знания больше из-за слухов, чем какой-то безобидной тяги к знаниям.

Профессор так задумался, что не сразу заметил свист вскипевшего чайника. Сохраняя молчание, Лафайет по-прежнему не спеша поднялся с места и снял чайник с огня. На столике в южной части комнаты Натаниэль подхватил баночку чёрного чая и коробочку с корицей, что по случаю ухода ему подарили коллеги в Дурмстранге. Заваривая чай, профессор обернулся лишний раз взглянуть на устроившегося на диванчике Регулуса и спрятавшегося в углу шпика-невидимку. Последовала довольная улыбка.

- Сочувствую Вашим проблемам, Регулус, - Спокойно произнёс профессор, добавляя корицу в чай и накрывая фарфоровый чайник крышечкой, – В своё время мне не довелось сталкиваться с такими сложностями. Знаете, в Дурмстранге тёмная магия изучается вполне свободно, а её адепты не воспринимаются как что-то из ряда вон.

Лафайет не врал. По иронии судьбы именно Дурмстранг с его почти армейскими порядками стал наиболее свободной школой магии. Запретными оставались только непростительные заклинания, да и те изучались в теории. Однако, не смотря на столь серьёзную подготовку в деле тёмной магии, в alma mater мастера ЗОТИ далеко не все продолжали практику этого искусства после окончания школы.

- Уверен, Вы бы оказались в числе лучших моих учеников, даже жаль, что мы не встретились на моём прежнем месте работы. Можете не беспокоиться, в отличие от многих моих коллег, я ценю своих студентов, - Последовала скромная пауза, профессор старался грамотно взвесить каждое следующее слово, пока ставил посуду на поднос, - Если Вы чувствуете, что готовы, то мне не составит труда обучить и сохранить это между нами. Вам же это нужно? Но, предупрежу Вас, что я придерживаюсь отношений учитель-ученик, что возлагает некоторые обязательства на обе стороны договора.

Сказав это, Натаниэль левитировал серебряный поднос на столик у дивана, сам же снова взглянул на призрак в углу и новым невербальным заклятием провернул дверной замок, тем самым отрезав все пути к отступлению. Регулус скорей всего уже заметил, что чашки на подносе не две, а три. Преподаватель вновь расположился на стуле и, разлив чай, сложил руки на набалдашнике трости. Взгляд мастера ЗОТИ теперь не отрывался от невидимого студента, лёгким движением палочки мужчина снял все делюминирующие чары, разоблачив наконец ещё одного юного слизеринца.

- Добрый вечер, - Обратился преподаватель к безымянному шпику, - Вам с сахаром или с молоком?

Отредактировано Nathaniel Lafayette (13-12-2015 19:00:02)

+7

9

Молчание - золото.

   Крауч-младший любил молчать. Едва ли не с младенчества отец учил мальчика знать цену словам. Ребенок привык все детство существовать лишь тенью, учился слушать и наблюдать вместо того, чтобы активно действовать. Удивительно, что шляпа не сказала "Рейвенкло", едва лишь коснулась его головы. Впрочем, она рассуждала о подобной возможности. Бартемиус, скорее всего, уже пятый год носил бы синий галстук, если бы не молчание. Равнодушное, холодное, расчетливое.
   Слизеринец настолько привык узнавать чужие секреты, что больше не считал это чем-то запретным. Все сколь-либо интересные темы обязаны были касаться мальчика, все события обязаны были отражаться на его жизни. Типичный слизеринский эгоцентризм, вкупе с отчаянно подавляемым комплексом неполноценности, боязни остаться в стороне от чего-то действительно интересного, упустить шанс на миллион. Приблизительно, как сейчас.
Регулус задавал вопрос, интересующий мальчика почти так же сильно, говорил о том, что творилось в собственной душе и давно уже вертелось на языке, но так и не было произнесено вслух. Сердце, против воли, заколотилось быстрее, жилка на шее пульсировала. Бартемиус беспокойно переводил взгляд ясных карих глаз с одного человека на другого, нетерпеливо дожидаясь ответа, едва удерживая себя от нервных топтаний с ноги на ногу, совсем не способствующих тому, чтобы остаться незамеченным.
   Мальчик ловил каждый жест, каждое слово нового преподавателя, впитывая их, словно губка. Улавливал интонации, стараясь заранее предугадать, что он скажет, и даже беззвучно шевелил губами, повторяя ответы. Настолько сосредоточился на чужом лице, что не замечал других происходящих в комнате событий, до тех пор, пока не поймал на себе взгляд профессора.
   Он меня видит, - мысль эта ледяной волной ужаса прокатилась по телу, вызывая сотню мурашек, поднимающихся к затылку. Только сейчас Бартемиус полноценно осознал, где именно он находится и чем ему может это грозить. Впрочем, есть шанс... может... показалось? Разыгралось воображение, а на самом деле профессор изучал узор на стене или бросил взгляд на портрет над головой...
   Нет. На подносе находилось три чашки. Сердце Крауча-младшего пропускает один удар, после чего, словно стараясь нагнать упущенный темп, бьется в разы быстрее. Мальчик кидает на Регулуса взгляд, словно тот может чем-то ему помочь, хотя на самом деле друг даже не в курсе, что разговор, который хотелось бы оставить приватным, услышан кем-то еще.
   Секунды до окончательного раскрытия своей персоны тянутся, превращаясь в вечность. Бартемиус собирает свои мысли в кучу, подбирает наиболее правильные в такой ситуации слова. Радуется уже тому, что есть лишнее время, значит, за себя можно постоять.
   - Вам с сахаром или с молоком? - после стандартного приветствия, интересуется профессор, обращаясь к нему.
   Глубокий вздох наполняет легкие воздухом, насыщая мозг таким необходимым сейчас кислородом. Проясняет сознание. Из кипы всевозможных ответов яснее всего выплывает лишь один.
   - Без сахара, благодарю, - подчеркнуто привычное манерное поведение, отстраненная вежливость в любой непонятной ситуации.
   Бесполезные теперь чары спадают по воле профессора, студент снова приобретает четкое очертание форм. Шагает к столику, на котором находится серебряный поднос, глядя себе под ноги и не решаясь поднять взгляд на Регулуса.
   - Раз уж мы все здесь собрались, - Крауч смотрит в пол, пряча выступивший на щеках легкий розоватый румянец. - Чувствую своим долгом сообщить, что я... хотел бы присоединиться ко всему сказанному моим товарищем раньше. Всецело разделяю его взгляды.

Отредактировано Bartemius Crouch Jr. (15-02-2016 13:15:44)

+7

10

Профессор был на удивление любезен на фоне своей общей манеры ошеломлять собеседника. Признаться, Регулус уже был готов к некоторым осложнениям в виде импровизированных тестов, вопросов с подвохом, а то и наложению чар, чего уж греха таить. В конце концов, слизеринец общался с самым настоящим темным волшебником, которого от многих других отличали лишь рамки ввиду надзора со стороны начальства. Однако Лафайет сделался довольно серьезным, и в уже без того встревоженную голову Регулуса закралось сразу два подозрения. Одно из них заключалось, конечно, в готовящемся подвохе, другое являлось предположением о том, что мужчина действительно заинтересован в передаче своих знаний подрастающему поколению. Иначе говоря, ему нравится быть учителем.

Блэк уже успел прикинуть, насколько непросто профессору будет обитать здесь. Дурмстранг, во имя всех сирен, а также некоторые европейские страны весьма лояльны к темным искусствам невзирая на многочисленные испытания, что принесли им те или иные волшебники в прошлом. Даже учитель только что подтвердил, хотя сама его персона являлась очевидным доказательством свободных нравов этой школы, спрятанной в холодных горах самых промерзлых земель дремучей Скандинавии. Но Британия - это настоящая истеричка, психику которой окончательно добил Темный лорд. Здесь такому явлению как профессор Лафайет предстоит вытерпеть очень многое.

Но Регулус не жалел преподавателя, как могло показаться на фоне всех этих размышлений. Тот по-прежнему оставался темной лошадкой, непонятной фигурой, невесть откуда и для чего выступившей на сцену. Младший Блэк уже успел проникнуться львиной долей подозрения к приезжему, что не отменяло, впрочем, его ценности.

- Если Вы чувствуете, что готовы, то мне не составит труда обучить и сохранить это между нами. Вам же это нужно? Но, предупрежу Вас, что я придерживаюсь отношений учитель-ученик, что возлагает некоторые обязательства на обе стороны договора.

Регулус на своем месте вытянулся в струнку, так и обратившись в слух. Это уже серьезный разговор. Разумеется, ученик был готов заключить своего рода контракт с преподавателем, ведь так поступают деловые люди и это абсолютно нормальная практика. Но что может поставить в качестве условий Лафайет?

На стол перед слизеринцем мягко опустился поднос с набором для чаепития. Блэк приподнял бровь, увидев одну лишнюю чашку. Неужели профессор усадит с ними своего кота? Но тут в комнате раздался безошибочно узнаваемый щелчок запираемой двери.

Ученик метнул взгляд на, вне всякого сомнения, заблокированный заклинанием замок, после чего уставился на профессора. Блэк сам не заметил, как приподнялся со своего места - скопившееся за вечер напряжение дало о себе знать. Рука уже подобралась к карману с палочкой. Он собирался драться? С кем? С преподавателем ЗОТИ, квалифицированным темным магом?

Учитель неторопливо разлил чай по трем чашкам, не предпринимая ровным счетом ничего больше. Слизеринцу показалось, как будто ему дали время на размышления. Понимая, как глупо выглядит, Регулус снова соприкоснулся с диваном седалищной частью, но руку отцепить от кармана даже не попытался. Вот тебе загадка, лучший ученик в классе: на подносе три чашки, в последнюю из которой сейчас долили ароматный темный чай, а дверь кабинета заперта безо всякого предупреждения. Регулус понял и едва не застонал. До того, как прозвучал вопрос профессора и дезиллюминационное заклинание было снято, он уже ярко представил небольшой список людей, которые могли бы прятаться в кабинете.

Регулус возненавидел сразу всех, кто находился сейчас в помещении. Бесстыжего Крауча, которому вечно до всего есть дело, возжелавшего сейчас из своего угла чай без сахара. Спокойного профессора, прекрасно знавшего состав компании еще до того, как они перешагнули порог кабинета. Кота - за то, что тот был котом и на него нельзя накинуться по вразумительной причине. Себя, смотревшего сейчас на младшего Крауча так, словно тот был ходячим трупом.

- Чувствую своим долгом сообщить, что я... хотел бы присоединиться ко всему сказанному моим товарищем раньше. Всецело разделяю его взгляды.

Регулус Блэк убрал руку с волшебной палочки и сцепил пальцы в замок на коленях. Его лицо стало бледнее обычного, а пальцы стискивали друг друга чуть сильнее, чем стоило бы, но тон, с каким он назвал незваного гостя, был достаточно любезным:

- Профессор Лафайет, разрешите представить. Ученик четвертого курса Слизерин, Бартемиус Крауч.

Блэк обратил взгляд на сокурсника и порадовался, что тот не владеет легилименцией, не то сюрприз, который Регулус собрался вручить товарищу за пределами этого кабинета, был бы испорчен. Но оставим это на десерт.

Что действительно важно, так это то, что сейчас скажет профессор Лафайет. Этот тип уже не просто непредсказуем. Блэк чувствовал, что связался со старой лисой, ко встрече с которой не подготовился как следует.

+6

11

Забавное это зрелище, наблюдать чужой провал. Делюминирующие чары спадают быстро. Раз и все! Первое, что видят окружающие, это твое глуповатое выражение лица в стиле «вот я дурак, не заметил подставы». Это может длиться до нескольких минут, а то и дольше, пока внешний раздражитель не поможет вернуться к реальности. Потому Натаниэль и задал вопрос про чай, без этого легкого пинка шпик бы еще долго не вышел из оцепенения.

- Без сахара, благодарю.

Невозмутимый ответ студента вызвал очередную улыбку на лице преподавателя, все-таки дети казались ему еще совсем наивными существами. Подумать только, этот маленький мальчик думает, что ответ за свои действия ему уже не грозит? Для себя Натаниэль отметил, что придумает достойное наказание юному шпику, когда придет время. Сейчас же, наблюдая поведение Регулуса, профессор решил предоставить мистеру Блэку самому определить скорую участь своего младшего товарища.

- Профессор Лафайет, разрешите представить. Ученик четвертого курса Слизерин, Бартемиус Крауч.

- Крауч Бартемиус, Бартемиус Крауч, - задумчиво повторил Лафайет, пробуя имя на вкус, - Крауч, Крауч, Крекер, Крауч…

Едва заметный оскал мелькнул на устах мужчины, почти сразу скрывшись за чашкой горячего чая. Почему-то это имя пришлось темному магу не по вкусу, было в нем что-то омерзительно министерское. Возможно, Лафайет слышал его раньше или встречал в газете, но сейчас никак не мог вспомнить, да и не особо хотел утруждаться. Однако, преподаватель ЗОТИ уже собирался навести справки об ученике в ближайшем будущем. Возможно, что учительская станет для него прекрасным источником информации.

- Что прикажете с Вами делать, Крауч?

Вопрос был риторическим. Задав его, Натаниэль жестом пригласил слизеринца расположиться на диванчике рядом со своим старшим коллегой. Сам же учитель откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и, зажав мундштук в зубах, принялся набивать трубку курительной смесью.

- Вот, - не разжимая зубов и ни к кому не обращаясь, а уставив свой взгляд на поднос с чашками, продолжил Лафайет, - С Регулусом все понятно. Он просто хочет стать великим и ужасным темным магом, чтобы министерство магии содрогалось при упоминании его имени, а беременные дамы заканчивали выкидышем...

Сказав последнее, Натаниэль театрально поморщился, а где-то мгновение спустя прыснул легкий смешок профессора ЗОТИ, будто бы он не воспринимал сказанное всерьез. Играющим щелчком пальцев мужчина разжег трубку и, вернув ладонь на набалдашник трости, глубоко затянулся и вернулся к разговору.

- А чего хотите вы, Бартемиус? Надеюсь, я правильно запомнил Ваше имя, - Снова профессор обратился к младшему студенту, с каждым новым словом брови преподавателя активно  вздымались, а тон разговора менялся на куда более серьезный, - Вас просто интересует темная магия? Она всех студентов Слизерин «просто так интересует»? Уверен, что если мне доведется навести справки самостоятельно, то разведданные хлынут как из рога изобилия, а о простом научном интересе там и пол слова не будет.

Зеленые глаза преподавателя снова уставились на Регулуса.

- Вот мое предложение, - последовала очередная долгая затяжка, -  Я не стану докладывать Дамблдору или декану факультета о произошедшем сегодня. Назовем это моим щедрым вложением в наши доверительные отношения. А договор, что я предлагаю, - взгляд преподавателя на мгновение скользнул в сторону Барти и так же быстро вернулся обратно, - У Вас не должно быть от меня секретов, только и всего.

Отредактировано Nathaniel Lafayette (25-01-2016 20:36:26)

+7

12

Не так-то просто, как оказалось, невозмутимо сидеть на одном месте, делая вид, что ничего не произошло, когда каждая клеточка твоего тела думает только о возможности побега. Слишком хорошо было слышно щелчок, с которым закрылась на замок дверь кабинета. Слишком идиотской казалась затея ломиться в окна, особенно если учесть, что Бартемиус, к своему величайшему сожалению, не захватил с собой на ночную прогулку метлу. Правда, с метлой он наверняка казался бы заметнее, и хитрый план был бы разоблачен гораздо раньше, но, возможно, это и к лучшему. Обошлись бы без неловких ситуаций, когда ты даже не можешь поднять на лучшего друга взгляд.

Очевидно, младший Крауч настолько усердно старался подавить приступ паники в себе, что совершенно забыл о хороших манерах. Когда Регулус представил его имя, мальчишка лишь потупил взгляд, делая вид, что шнуровка ботинок совершенно внезапно заинтересовала его гораздо больше любого другого стратегически важного вопроса, а в это же время новый преподаватель повторял его фамилию, словно старался распробовать в ней нечто совершенно другое с каждым новым произношением. Честно говоря, это несколько... докучало, чтобы не сказать "раздражало" слизеринца, однако, после всего, что случилось, ему оставалось лишь скромно помалкивать и глубоко дышать, вдыхая ароматный запах свежезаваренного чая и параллельно приводя эмоции в равновесие.

- Что прикажете с Вами делать, Крауч? - вопрос бьет по барабанным перепонкам, резко вышибая мальчика из спокойного состояния, заставляя поднять взгляд темно-карих глаз, в которых - оставалось только надеяться - не было ни капли испуга.

Учитель, тем временем, продолжил, как бы намекая о том, что отвечать Бартемиусу вовсе не обязательно. Но обязательно слушать, слушать, внимая каждому слову, поддерживая дальше маску невозмутимости на своем лице.

- А чего хотите вы, Бартемиус?
Остается лишь горько усмехнуться. Барти сам не знал, чего он хотел и зачем оказался здесь, в нужное время, в нужном месте. Вопросы продолжаются, один за другим, так что слизеринец просто не успевает ответить хотя бы на половину. Впрочем, чтобы ответить, нужно иметь при себе ответ.

Когда монолог был окончен, легче на душе, почему-то, совсем не стало. От Крауча требовалось именно то, что он терпеть не мог с самого детства - принятие решения, которое, в последствии, повлияет на всю его дальнейшую жизнь. Ну, во всяком случае, если немножко убавить максимализма и перестать утрировать, то лишь на ближайшие несколько лет. Такое решение требует времени, требует более детального подхода, изучения вопроса... а времени нет.

Оттягивая момент, когда все-таки придется заговорить, младший Крауч подносит чашку к губам и делает глоток. Чай согревает, самую малость расслабляет. Обстановка, хоть и остается напряженной, уже кажется свойской, словно у Барти состоялась давняя традиция попивать чай в нестандартных ситуациях.

- Не думаю, сэр, что у нас есть выбор, - наконец, вежливо произносит мальчик, снова глядя преподавателю в глаза. - Впрочем, даже если бы он был, я бы все равно согласился на Ваши условия.

Короткий взгляд на Регулуса, лишь доля секунды, чтобы уловить его настроение. Не настроение даже, нечто другое, нечто, что позволит Краучу окончательно согласиться, произнести заветное...
- У меня нет секретов, - хоть это и является бессовестным враньем.

----> Мужская спальня 4 курса Слизерина

Отредактировано Bartemius Crouch Jr. (31-01-2016 01:11:11)

+5

13

С Регулусом все понятно. Он просто хочет стать великим и ужасным темным магом, чтобы министерство магии содрогалось при упоминании его имени, а беременные дамы заканчивали выкидышем...
Регулус невольно скривился от такого неблагозвучного искажения его планов, однако быстро взял себя в руки и изобразил на лице сдержанное, но несогласное удивление.
По поводу «самостоятельного наведения справок», упомянутого профессором, он не беспокоился. Не секрет, что его семья поддерживает идеологию превосходства чистой крови, но это совершенно не говорит о нем самом как о будущем Пожирателе Смерти. Стоит только привести в пример старшего брата: этот отщепенец отличное доказательство того, что воспитание — еще не все. А насчет своего "досье" младший Блэк, один из любимчиков декана, ловец школьной команды, непойманный ни на одном нарушении прилежный ученик, не сомневался.
Вот мое предложение..
Если бы можно было навострить уши еще больше, чем уже было, Регулус бы это сделал.
У Вас не должно быть от меня секретов, только и всего.
Никаких секретов? Если это все, что необходимо пообещать, чтобы идти дальше к своей цели, нет ничего проще. Регулус стрельнул глазами в сторону Крауча, постарался расцепить руки как можно более расслабленно и медленно, чтобы было незаметно с какой силой они стискивали друг друга секунду назад, и взял чашку с подноса. Больше всего сейчас он хотел выплеснуть ароматный кипяток прямо на мелкого засранца, сидящего рядом. Желательно так, чтобы после этого инцидента он никогда не смог бы обзавестись потомством. Но манеры, Регулус, манеры... Темный лорд... не сводящий с них глаз профессор... Сейчас в первую очередь необходимо произвести впечатление человека спокойного и рассудительного, показать, что он умеет вести переговоры и отвечает за свои поступки.
У меня нет секретов.
Бесстыжий Крауч в своем репертуаре. Блэк надеялся, что когда они уйдут отсюда, у него будет возможность преподать ему урок.
— Конечно, сэр, я понимаю и согласен на это необходимое условие. Надеюсь, Вам не будут в тягость наши занятия, — Регулус поставил чашку обратно на поднос и положил руки на колени, — Думаю, сейчас нам нужно вернуться в гостиную, чтобы не нарушить школьных правил. — Он замолчал, ожидая от профессора положительного вердикта и разрешения покинуть кабинет.

+5

14

- Не думаю, сэр, что у нас есть выбор. Впрочем, даже если бы он был, я бы все равно согласился на Ваши условия.

Фраза показалась профессору какой-то агрессивной, будто бы старый Натаниэль взял учеников в заложники и пытал тут чаем. А словам, что у студента нет секретов от преподавателя мастер ЗОТИ априори не верил, сам же когда-то сидел на месте Регулуса и Барти, думал, что всех перехитрил и обвел вокруг пальца. Да-да, наверняка они мыслят так же, что профессор Лафайет окажется старым недальновидным болваном, поведется на кучу приторной лести и скрещенные за спиной детские пальчики и откроет разом все собранные им секреты за одну ночь. Бум! Нет, так не пойдет.

Между тем Регулус уже напомнил, что время совсем не детское и пора бы отправляться баиньки. Преподавателю ЗОТИ не хотелось спорить, да и сам бы он не отказался от пары часов сна, день оказался весьма утомительным и Натаниэль был более чем согласен со студентом. Но, перед тем как выпустить учеников, мужчина прочитал целую речь, обратившись прежде всего к Бартемиусу, как бы в ответ за оскорбление тюремщиком.

- Выбор есть всегда, Крауч, в любой ситуации - Лафайет выпустил новый клуб дыма, - Будь то выбор между жизнью и смертью, свободой и неволей. Сейчас у вас тоже есть между чем выбирать, вы вполне можете отказаться и уйти через ту дверь, - вместе с этими словами дверной замок снова щелкнул, открываясь, - Однако, последствия такого выбора вам неизвестны, а это, понятное дело, пугает юный неокрепший ум, потому вы и думаете, что выбора у вас нет. Но, даже так, у вас был весьма богатый выбор до этого, можно было просто не заходить сюда и, опять же, кто знает, чем бы это закончилось.

Чародей медленно поднялся и, пройдя к письменному столу напротив двери, оперся рукой на столешницу и скрестил ноги. «Черт возьми, какие же они маленькие, - мелькнуло где-то в голове мастера темных искусств, - неужели я был таким же?»

- Перед вашим уходом, - Натаниэль снова глубоко затянулся и отложил трубку, - У меня будет к вам дело особой важности, отнеситесь серьезно. Мне некогда заниматься этим сейчас, а потому будете бегать сами, если хотите чему-то у меня научиться. Наверняка где-то в запретной секции вашей библиотеки лежат несколько трудов, что меня интересуют. Написаны они на древнееврейском, на обложке скорей всего подписи на латинском “De magna tenebra”, “De ritual” и “De golema creatura”.

Профессор снова перевел взгляд с Барти на Регулуса и назад, после чего добавил.

- Перед тем как этим заняться, - по лицу мужчины скользнул едва заметный окал, - Найдите себе плащ-невидимку. На этом все, вы свободны!

Отредактировано Nathaniel Lafayette (18-02-2016 17:18:25)

+5

15

Начало игры

Весь обратившийся в слух, Регулус изо всех сил старался нивелировать любое внешнее проявление эмоций. Он так и сидел, аккуратно уложив руки на коленях, и только указательный палец одной руки нервно поглаживал костяшки другой. Взгляд слизеринец стоически не отрывал от профессора, который в свою очередь пустился в пространные измышления о природе выбора. Терпеливо дождавшись конца тирады, Регулус сдержанно улыбнулся, хотя щёлкнувший дверной замок едва не заставил его вскочить на ноги и дать дёру. Не потому, что профессор его так пугал, отнюдь. Личность этого странного человека вызывала у слизеринца смесь интереса и непонимания, но Регулус готов был поступиться со второй частью своих чувств в пользу намеченной цели. Пугала вся ситуация, и юноша почти кожей чувствовал, как электризуется воздух - ещё пара секунд, и шерсть спящей неподалёку кошки вполне могла бы встать дыбом от статического заряда.
Сам Регулус вполне определённо чувствовал, что ввязался во что-то интересное. Одна беда - вместе с ним в это ввязался и Крауч, а сопровождающие в планы Блэка-младшего не входили. В голове уже созрел план, как можно заставить проныру отвязаться и, более того, надолго отбить у него желание лезть в чужие бутылки. Да, министерские связи Крауча могли быть в определённой мере полезны в будущем, но в данный момент влиятельный отец Барти никак не сможет предотвратить праведное возмездие Регулуса Блэка.
Приятно было и то, что, судя по всему, профессор и сам был не рад второму ученику. Или Регулусу показалось, что тирада, последовавшая за высказыванием Крауча, получилась какой-то слишком напряжённой? Словно взрослый человек растолковывал младенцу, почему не стоит тянуть в рот поднятые с земли леденцы. Так или иначе, Блэку было приятно чувствовать себя в фаворе, чего он, однако, не показал ни одним мускулом лица.
Тем временем профессор переместился к двери. Окинул ночных гостей явно оценивающим взглядом, отложил трубку. Регулус ловил каждое его движение, готовый в любой момент встать и как можно быстрее отправиться в ласковые объятия родной гостиной. Однако профессор не собирался отпускать слизеринцев просто так, и тут Блэк не смог удержаться от неоднозначной улыбки.
Домашнее задание? Почему бы и нет.
Регулус мысленно добавил профессору ещё пару баллов. Он не собирается помогать безвозмездно - и это хорошо. В конце концов, стремление к взаимовыгодному сотрудничеству - одна из черт, которые Блэк ценил в людях.
Во время ночных бдений Регулус не предусмотрел возможность того, что ему понадобится перо и блокнот, о чём сейчас пожалел. Он не жаловался на память, но в деле названия магических книг стоило быть особенно внимательным - заглавия некоторых изданий отличаются не больше чем одной буквой, в то время как содержание разнится кардинально.
К счастью, названия нужных профессору книг оказались достаточно просты. Даже при своих неглубоких познаниях иностранных языков Регулус смог понять, что его учителя интересует если и не "Волхование", то нечто очень близкое. Нужные слова быстро уложились в голове, и Блэк учтиво кивнул, давая профессору понять, что его просьба (требование?) принята и будет исполнена в ближайшее время.
- Доброй ночи, профессор, - с лёгким поклоном произнёс слизеринец. Он поймал взгляд Крауча и коротким указующим жестом заставил его выйти из кабинета первым. Вероятно, Барти и сам понимал степень негодования младшего Блэка, поэтому немой команде последовал беспрекословно.
Время было позднее, и Регулус решил воплотить свой план чуть позже - в конце концов, за пару часов сна Крауч не сможет растрепать новость о Блэке всем страждущим. Поэтому дорогу до подземелий слизеринцы провели в напряжённом молчании, разошлись без прощаний, а из головы Регулуса всё не выходил вопрос, зачем ему мантия-невидимка, если допуск в запретную секцию он может с лёгкостью получить почти у любого профессора.

-- Мужская спальня 5 курса Слизерина

Отредактировано Regulus Black (01-03-2016 16:12:20)

+4

16

Пожелания доброй ночи, захлопнувшаяся дверь и звук вновь запертого замка. Все, теперь можно чутка расслабиться. Лафайет вернулся к столику, где недавно оставил мандрагоры и взял чайный сервиз. Не думая долго, профессор снял чары с растений и вернул им первоначальную форму. Старый добрый поскрип, лучшего сырья для хорошего домашнего самогона не найти.

Впереди Натаниэля ожидали тяжелые трудовые будни, преподаватель ЗОТИ уже ощущал скорую усталость от грядущих занятий с британскими магами. Одна отрада, у него быть может получится вести расширенный курс для Регулуса и его подружки. Но этого мало! Это никак не отвечало стоимости столь недавно отобранных у чародея запасов алкоголя и табака!

Разделавшись с мандрагорой, Натаниэль вспомнил о перегоночном аппарате. Его еще ведь нужно достать из чемодана! Бодрым шагом, что поднял еще недавно спавшего кота на дыбы, мужчина пересек комнату по диагонали  и достал из шкафа черный кейс  с его же инициалами на одной из сторон. Осторожно, почти как мать укладывает младенца в кроватку, Натаниэль расположил кейс на рабочем столе.

Последовала минутная пауза, после чего кейс все-таки оказался открыт. Сверхъемкое пространство занимал не только перегоночный аппарат, тут было множество других забавных вещей. Одну из таких диковинок Натаниэль вытащил из кейса и поставил на рабочий стол. Это была керамическая урна с позолотой, что Лафайет когда-то давно вытащил из Египта. А внутри, судя по всему, пряталась тема грядущего занятия защиты от темных искусств. Нагло разбуженный лакированными туфлями профессора и жаждущий жестокого отмщения Максимилиан  даже не решился приближаться к проклятому предмету, кот чувствовал темную магию за километр и не спешил с таковой сталкиваться.

Профессор ЗОТИ поспешил спрятать экспонат древнеегипетской керамики в ящик рабочего стола и вернулся к наболевшей проблеме. Еще около трех с лишним часов Натаниэль Лафайет провозился с проклятым поскрипом и перегоночным кубом. Но дело определенно стоило того, уже совсем скоро Натаниэль получит дистиллят первой перегонки, быть может даже местные коллеги оценят его талант самогоноварения.

Чародей перевел взгляд на часы, а время то не детское, пора и честь знать. Уставший маг упал на диванчик и хотел было закурить, однако, сон увлек профессора Лафайет в совсем другую сторону. Максимилиан устроился на коленях преподавателя ЗОТИ, закрыл глаза и принялся мурчать.

+3

17

Сны бывшего оперативника министерства магии отличаются от снов простых смертных тем, что не каждый может протянуть с такими кошмарами до утра. Спустя столько лет после опалы и работы в Дурмстранге профессора так и не покинули ночные кошмары. Было весьма неприятно сначала видеть во сне то как тебя душит восставшая из мертвых мумия, а проснувшись узреть нагло устроившегося на груди котяру. Заклинание левитации мирно переместило спящее животное на кресло, сам же чародей попытался встать с диванчика.

Спина ныла от неправильного сна, а голова раскалывалась от обильных возлияний прошлым вечером. Весьма неловким движением руки Лафайет поднес часы к открытому глазу и с облегчением осознал, что не опоздал на первый урок. Шесть утра! Замечательно, было время хоть немного подготовиться и привести себя в надлежащий вид.

Первым делом надо опохмелиться, чем Натаниэль не побрезгал поспешить. За прошедшее время мандрагора успела дать первый дистиллят, его профессор ЗОТИ и опробовал на вкус. Все-таки самогону требовалось еще несколько перегонок. Покончив с дегустацией горячительного, преподаватель защиты от темных искусств поспешил скрыться в душ, холодная вода имела свойство быстро приводить в трезвое состояние ума.

Покончив с водными процедурами, Натаниэль приготовил чашку кофе и устроился с ней за рабочим столом. Кипа планов занятий, списков тем и прочей школьной шелухи занимала место. Хватит это терпеть! Бумаги безвозвратно полетели в бездонную корзину для мусора, осталась только чашка кофе.

С некоторым удивлением Натаниэль как бы вспомнил об урне в ящике стола и поспешил вытащить артефакт на свет. Ещё некоторое время Лафайет просто смотрел на этот реликт темной магии прошлого, сам даже не заметил как задымил. Снова взглянув на часы, профессор обнаружил, что уже наступило время завтрака, и поспешил одеться. Он не хотел встречаться с коллегами сегодня, опасался того, что не сможет быть достаточно терпимым собеседником, и милая улыбка может весьма быстро превратиться в надменный оскал. Единственно верное решение, так это пойти в класс для занятий чуть раньше и подготовить его к первому уроку.

Урна весьма хорошо уместилась в бездонном кармане пиджака, не стоит носить такие предметы открыто, особенно перед другими преподавателями и директором. Максимально тихо, только бы не разбудить вечно голодного кота, Натаниэль покинул свои апартаменты.

>>> Класс Защиты от Темных искусств

Отредактировано Nathaniel Lafayette (20-03-2016 16:14:00)

+4

18

<<<< До перехода на 18 сентября.

Расписание наконец выстроилось к концу первой недели работы. В целом Хогвартс мало чем отличался от прежнего места работы. Во всяком случае, Натаниэль почти не замечал разницы между двумя школами магии. Для преподавателя почти все эти заведения на одно лицо. Разве что только в Британии воздух чуть свободней. Слежки за Лафайетом здесь было значительно меньше, что просто не могло не радовать, да и новая кухня в целом пришлась магу по вкусу.

Новое утро получилось довольно свободным, потому профессор ЗОТИ воспользовался благоприятной возможностью выспаться и привести некоторые хозяйственные дела в порядок. У него неплохо получилось наладить производство самогона в домашних условиях. Единственной проблемой был разве что только запах, из-за чего окно приходилось большую часть времени держать открытым. Скорей всего зимой с этим будут проблемы, но время ещё есть. Однако, сейчас голову Натаниэля занимали куда более насущные вопросы. Прилетевший недавно Викинг доставил одновременно радостную и вместе с тем беспокойную весть. Если новости были правдивы, то чародею следовало поторопиться, если он хотел повидаться со старыми друзьями в Лондоне.

— Что такое? — Грохот со стороны отвлёк профессора от размышлений, — Максимилиан! И что мне с тобой делать…

В той стороне комнаты, откуда раздался грохот, сидел в лужице мандрагорового самогона довольный комок шерсти и вылизывал себе лапу. Снова нилизался. Где-то в голове Натаниэль сделал заметку, что теперь будет закрывать самогон под замок, чтобы у кота не было соблазнов. Взгляд в сторону от кота обнаружил источник шума. Перегонный куб разлетелся в дребезги от падения. Проклятый котяра. Чары левитации бережно подхватили опьяневшего котяру и перенесли в спальню на кровать. Ох и будет же у кого-то болеть голова. Чарами восстановления Натаниэль собрал воедино разбившийся куб, после чего, спрятав остатки самогона под замком в шкафу, направился к выходу из кабинета.

Нужно было проветриться, чтобы прийти в себя после таких потрясений. И тем не менее одна мысль засела в голове профессора защиты от тёмных искусств и не давала покоя уже пару недель. Уильям Плеве был в Лондоне. Проклятый Плеве с которого все началось. Спустя столько лет они просто обязаны увидеться.

Отредактировано Nathaniel Lafayette (12-05-2018 11:18:08)

+3


Вы здесь » the Green Door: Hogwarts 1976 » Хогвартс » Кабинет профессора Лафайет